"На джип меня заставила пересесть жизнь"

Наталья Тимашова, Дмитрий Хрупов (фото), "Новые Известия", 09.09.2004



«Скрипка-лиса», «Зеленые глаза», «Это не любовь»… Знакомые названия всем известных песен певца и композитора Игоря САРУХАНОВА. Музыканту постоянно приходится перемещаться во времени и пространстве и редко удается побыть одному. Когда хочется остаться наедине со своими мыслями, Игорь садится за руль своего мощного Toyota Land Cruiser и едет, что называется, куда глаза глядят. «Не люблю носиться по дорогам как сумасшедший, мне нравится рассматривать пейзажи из окна автомобиля», – говорит наш герой.

– Игорь, вы уже несколько лет живете в Звенигороде. Назад, в Москву, не тянет?

– Нет, а зачем? У меня есть квартира в столице, но я не хочу в нее перебираться. Знаете, после того как ты попробовал глоток свежего воздуха за МКАД, вернуться в мегаполис уже невозможно.

– А как преодолеваете вечные пробки на подступах к Москве?


– Я же не каждый день сюда езжу. А потом, честно говоря, по делам в столицу предпочитаю ездить с водителем. Потому что я люблю отдыхать за рулем, ехать расслабленно, не напрягаясь. А московские поездки требуют постоянного внимания. Чуть расслабился или отвлекся – все, можно попасть в неприятную историю.

– И что, попадали?


– К счастью, нет. Ничего серьезного у меня не было, так, мелкие аварии. Я не довожу до абсурда то, что считается самым главным, – безопасность. Иначе можно потерять контроль над автомобилем, а в протоколах потом напишут: «Не справился с управлением». Есть еще одна причина, по которой я не люблю гонять, особенно на загородных проселочных дорогах, где нет разделительной полосы и заграждений. Это встречный транспорт. Водитель встречной машины может быть пьян, у него может случиться сердечный приступ, наконец, он может просто заснуть за рулем – и все. Его автомобиль едет на вас, и вы ничего не сможете сделать, если неслись ему навстречу на бешеной скорости. Поэтому нужно контролировать ситуацию и свои действия постоянно.

– Водительский стаж у вас большой?

– Давайте посчитаем. Папа научил меня водить машину, когда мне было 15 лет. Первые два года я ездил без прав, потом сдал экзамены и права получил. Получается, что мой водительский стаж – уже больше 30 лет. Правда, первая собственная машина, «девятка», у меня появилась, когда мне было 28.

– Свой первый выезд помните?

– Очень хорошо помню. Москва, Сущевский Вал – и со всех сторон машины, машины, машины… Честно говоря, было очень тяжело с непривычки, я даже стушевался. Но потом собрался с мыслями и потихонечку поехал. Ехал я тогда, наверное, очень медленно, хотя мне так не казалось. И знаете, я ведь поехал один, без отца, без друга, на чужой машине. Взял на себя такую ответственность, но в молодости часто переоцениваешь свои силы и возможности. Тогда мой первый жизненный урок дорожного движения закончился благополучно, но с тех пор за рулем я предпочитаю не рисковать и не испытывать судьбу.

– То есть экстремальную езду вы не пробовали?


– В жизни – нет, хотя некоторым хитростям я научился у мастеров автоспорта. Экстремальная езда не доставляет мне удовольствия, потому что выделяется адреналин, а он мне не нужен.

– Ну, а за тем, как гоняют профессионалы, вам не интересно наблюдать? Вы поклонник «Формулы-1»?

– Нет и никогда не был. Я сколько ни смотрю, вижу все время одного Шумахера, который всегда впереди. Мне становится скучно, и я переключаю. Я всегда был и остаюсь болельщиком футбола. Я болею за Егора Титова, за «Спартак». Очень люблю вечных антагонистов – французов и англичан.

– А экстремальные виды спорта не привлекают?


– Нет, мне экстрима и на работе хватает.

– А зачем же вы тогда себе внедорожник купили? Бездорожье, судя по всему, не ваша стихия…

– Точно, не моя. Но в жизни-то и в стране у нас сплошное бездорожье. На джип меня заставила пересесть жизнь, ведь невозможно ездить по Москве стало. Да и для российской зимы внедорожник, если ты живешь за городом, по-моему, незаменимая машина. Езжу на своем Toyota Land Cruiser уже несколько лет и очень доволен. Его комплектация и опции позволяют чувствовать себя комфортно и уверенно в любой ситуации. В такой объемной, вместительной и мощной машине хорошо перевозить и людей, и стройматериалы. Вот затеяли мы ремонт – строительные рынки, магазины, бесконечные перевозки то того, то другого. Машину эксплуатировали по полной программе, она нам грузовик заменила, но потом никаких проблем с автомобилем не возникло. Так что внедорожник годится не только для того, чтобы ездить на нем по лесам и буеракам.

– До Toyota Land Cruiser на чем ездили?

– Вначале, как и все, на отечественных машинах. Потом были Audi 100, BMW – кабриолет 325-й и 525-й, Volvo 850, а потом я пересел на «мерседесы». И долгое время оставался их преданным поклонником. Я вообще очень люблю автомобили Mercedes-Benz.

– Спортивные купе и родстеры?

– Не только, все остальные тоже. Спортивные машины и кабриолеты требуют особого внимания и ухода.

– Что, ваш кабриолет доставлял вам много хлопот?


– Да, но тогда мне очень нравилось, что я езжу на кабриолете. Кабриолетов было три на всю Москву, а я был моложе лет на 10, и мне нравилось, что все смотрят на машину. Теперь мне смешно, а тогда я ездил на нем и зимой, и летом. Кабриолет для моих сегодняшних подмосковных разъездов совершенно не годится. Это дорогая игрушка, выездная машина для светских раутов.

– Но ведь вы – артист, и светской жизни вам не избежать, уединение вам не грозит. Так, может, стоит приобрести для таких выездов в свет открытый автомобиль? Тем более что выбрать сегодня есть из чего: кабриолеты есть уже практически у всех компаний, на любой цвет, вкус и размер…

– Нет, сейчас он мне не нужен. С некоторых пор я отношусь к машине не как к роскоши, а как к средству передвижения. А потом у нас не тот город и не те дороги, чтобы ездить по ним на кабриолетах. Эти машины сделаны для другой жизни. Можно ездить на кабриолете, если ты живешь на Канарских островах или в Германии с ее великолепными автобанами. А у нас не будешь вылезать из сервиса.

– На какую же машину со временем планируете пересесть после Toyota Land Cruiser?

– Ну, пока я планирую ездить на этой. А если и буду менять, то только на такую же новую.

– Что в машинах вы цените прежде всего?


– Ресурс, мощность и надежность. Это взаимосвязанные вещи.

– Хорошо, тогда, наверное, вы любите путешествовать на автомобиле?


– Может, и люблю, но пока не пробовал. Если не считать поездок в Прибалтику, которые были в детстве. Каждый год, в июле–августе, мы отправлялись туда на машине всей семьей: Рига, Пярну, Клайпеда…Эти названия мне очень знакомы, и, будь у меня сейчас побольше свободного времени, обязательно бы съездил в Литву или Латвию. Я бы хотел попробовать проехать на автомобиле по Европе, и, когда представится такая возможность, обязательно поезжу по Италии или Испании, а может, отправлюсь в Скандинавию.

– Для некоторых езда – определенный способ сосредоточиться на чем-то, обдумать что-то. И действительно, бывает, что, когда ты за рулем, тебе в голову вдруг приходит простое решение непростой проблемы. А вас никогда не осеняло за рулем? Песни не сочинялись в дороге?

– Что касается песен, то совершенно не имеет значения, где ты и что делаешь в этот момент. Во всяком случае, для меня. Ведь вначале рождается тема, а песню ты уже потом пишешь. Я в июле ездил в Турцию снимать клип на новую песню «Виновато море» и, когда летел домой, прямо в самолете написал песню. У нее пока даже нет названия, и она еще не зарегистрирована.

– Об автомобилях песен пока нет?

– Нет, машины на творчество не вдохновляют. Вдохновляет совсем другое – то, что интересует каждого человека: взаимоотношения людей и окружающий мир. У меня есть песня «Бухта Радости», которая родилась, когда я увидел один совершенно потрясающий лунный пейзаж на краю земли. В 200 километрах от Владивостока есть такое место – Преображение. Это береговая дуга километров в 50, с которой открывается величественный вид. Ты стоишь одиноко на берегу, а перед тобой – необузданный, бесконечный Тихий океан. Вот эти природная сила и мощь меня и вдохновили, а машина без человека – это ведь просто груда металла.

– А название этой песни как-то связано с бухтой Радости, которая на Клязьме?

– Да. Слово «бухта» у меня сразу появилось в голове, а потом я стал дорисовывать. И вспомнилось, как отец часто возил нас с братом на Клязьму. Вот так и появилось это звучное название.

– С автомобильными хулиганами и ворами сталкивались?

– Была у меня одна неприятная история, правда, давно, в 1987 году. Я прилетел из Ташкента, с гастролей, а через 2–3 часа мне надо было уже лететь в Тамбов из другого аэропорта. 7 ноября, все гуляют, радуются жизни. А я приезжаю домой и вижу: стоит моя машина на том же месте, где я ее оставил, а лобового стекла нет, и булыжник лежит на переднем сиденье. Было очень неприятно и обидно, хорошо, что у меня есть чудо-механик, который спас положение. Меня он отвез в аэропорт, а машину забрал.

– Как относитесь к женщинам за рулем?

– Не хочу принижать их достоинств, но не очень. Хотя психологи говорят, что если мужчина-гонщик и женщина-гонщица сойдутся в одном поединке, то при одинаковом уровне мастерства у женщины больше шансов выиграть гонку. С чем это связано – с отсутствием страха или логики движения, – я не знаю. Но суть в том, что по поведению и манере езды всегда видно, что за рулем – дама. Мне кажется, что женская манера езды не всегда предсказуема, адекватна ситуации и безопасна, да и внимание у женщин, бывает, рассеивается. Им же надо увидеть, запомнить и обсудить с подругой все, мимо чего они проезжают, и все, что движется вокруг. Это не значит, что я никогда не уступаю дорогу женщинам-водителям и веду себя некорректно по отношению к ним. Наоборот, им можно и нужно уступать. Но, видимо, это меня уже не спасет: своим ответом на ваш вопрос я наверняка нажил себе армию недоброжелателей в лице прекрасных дам.

Оглавление раздела